![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
22 сентября профессор Российского государственного социального университета (РГСУ) Борис Соколов должен был прочитать очередную лекцию по курсу «Физическая антропология». Не прочитает: профессора вынудили написать заявление об уходе после публикации статьи в газете «Газета» об итогах войны в Грузии
Ольга Шорина (The new times)
Историк и социолог, доктор филологических наук Борис Соколов больше не будет преподавать в Российском государственном социальном университете. Ректорат в срочном порядке изменил расписание, передав другому преподавателю его нагрузку — лекции и семинары по предметам «Физическая антропология», «Современные парадигмы и научные подходы в социологии и социальной антропологии», «Исследование региональной идентичности», «Антропогеография», «Философская антропология». Фамилия профессора Соколова исчезла из расписания для студентов уже 17 сентября.
Руководством университета профессору было указано, что преподавать в вузе не могут люди с другим взглядом на жизнь и события в стране, чем это отражено в государственной позиции, рассказал The New Times сам Борис Соколов. «На меня стали давить с конца августа. Мне сказали, что моего увольнения требует администрация президента. Наше вузовское руководство при желании всегда сможет меня выжить. Что мне оставалось делать?» — говорит профессор. По его словам, никаких формальных претензий ему как преподавателю высказано не было. «Выражались какието недовольства публикациями, но это была инициатива в рамках РГСУ. В данном случае сам ректор просил передать через декана, что он сожалеет о всей этой истории», — добавил он. Не было и конкретных обвинений: «Речь шла только о статье в газете «Газета». Причем в этой статье даже не указывалось, что я профессор РГСУ. Очевидно, они (администрация президента. — The New Times) это выяснили, когда «наезжали» на «Газету», — рассказывает Соколов. Ему не назвали фамилию человека, дважды звонившего в ректорат со Старой площади.
Не соваться
Статья под названием «Проиграл ли Саакашвили» была опубликована в «Газете» 19 августа 2008 года с подзаголовком «Итоги войны в Грузии не так однозначны, как их рисует официальная пропаганда». Борис Соколов писал, что «нынешняя российскогрузинская война при своей внешней молниеносности и успешности для России, скорее всего, в долгосрочной перспективе является военно-политическим и дипломатическим поражением Москвы». Источник The New Times в газете «Газета» рассказал в начале минувшей недели, что ожидается увольнение главного редактора Петра Фадеева. С 28 августа он числился в отпуске. По сведениям Соколова, владельцу издания (Владимир Лисин, владелец Новолипецкого металлургического комбината. — The New Times) также звонили с замечаниями о «несоответствии». Петр Фадеев заявил The New Times, что по-прежнему занимает должность главного редактора. Что же касается недовольства со стороны администрации президента, то, по словам главного редактора «Газеты», ему об этом ничего не известно: «Сейчас замечания редакторам не делают. Только когда они «живьем», как Венедиктов, попадаются на глаза». Впрочем, другие источники в газете утверждают, что стул под главным редактором все-таки шатался, и именно в связи с публикацией Соколова. Но, вероятно, Кремль и хозяин издания как-то договорились и решили не обострять ситуацию. Генеральный директор «Газеты» Андрей Сидоров отказался комментировать информацию о звонке из администрации президента, отметив, что Соколов не является постоянным автором. По поводу дальнейшего сотрудничества Сидоров заявил, что оно возможно: «Если он что-то принесет, может, мы и опубликуем. Вопрос — принесет ли?» При этом гендиректор и представитель владельца «Газеты» заметил: «Мы стараемся, чтобы было без экстремизма и сбалансированно. Но все мы живем в конкурентной среде, закон написан для всех, и надо его уважать». Главный редактор Петр Фадеев в дальнейшем сотрудничестве с Борисом Соколовым сомневается: «Не думаю, что он захочет где-либо публиковаться». Сам Соколов рассказывает, что ему в редакции посоветовали «не соваться».
Приятный человек
«Мы вернулись в советское время — вы видите, каковы у нас пределы свободы слова», — говорит профессор Соколов. В РГСУ тем временем заявляют, что Соколов сам подал заявление об уходе, и его сразу же подписали. При этом ректор Василий Жуков тотчас после этого оказался в командировке в Китае, и связь с ним на момент подписания номера в печать отсутствовала. Представители научного сообщества из других вузов обращают внимание на то, что руководство РГСУ всегда отличалось державными взглядами. И предполагают, что прямого указания «Уволить!» из администрации президента не поступало, лишь высказали недовольство профессором, который пишет своевольные статьи, и этого оказалось достаточно. И.о. декана факультета социологии РГСУ Дина Танатова сказала The New Times, что ей ничего не известно о звонке из администрации президента: «Борис Вадимович Соколов уволился по собственному желанию. А я очень сожалею, что он написал это заявление. Он очень приятный человек, пользуется уважением среди студентов». Танатова считает, что «работа в вузе его (Соколова) не настолько привлекает, это не главное в его жизни».
Цензура в вузах
Это первый случай прямых репрессий за выступление в печати, отмечает научный руководитель Высшей школы экономики Евгений Ясин. Правда, профессор Ясин напоминает, что за инакомыслие ранее увольняли преподавателей социологического факультета МГУ1, но это происходило не так откровенно: «На соцфаке МГУ были выступления студентов, поддержка коллег. А сейчас мы все оказались поодиночке». Евгений Ясин называет действия ректора антидемократическим террором: «Я знаю, что это бывает всюду, и нам (в Высшую школу экономики. — The New Times) звонят. Ко мне не звонят, но моему ректору ясно намекают, что-то говорят. Он высказывается, беседует с людьми. Но у нас из этого никто не делает таких выводов». «Нормальный ректорат на подобные телефонные звонки отвечает: «Мы всей душой с вами, дорогой Кремль, но ничего не можем сделать с профессурой, потому что конкурсы, конкурсный срок, особое законодательство», — говорит профессор экономического факультета МГУ Александр Аузан. Он считает, что, несмотря на давление, Борис Соколов не должен был писать заявление об уходе: «Профессора невозможно так уволить. Я знаю реальные случаи, когда ректоры отстаивали сотрудников. Политические увольнения проходят только тогда, когда человек согласен отказаться от своих прав».
«Это печально, — говорит кандидат философских наук Нина Сорокина, уволенная с социологического факультета МГУ. — Каждый преподаватель, ученый имеет право на свою точку зрения. Это установлено законом об образовании, записано в контракте, который мы подписываем с администрацией. У нас есть свобода преподавания, научного исследования. Если на практике эта академическая свобода нарушается, то нужно что-то делать. Например, обращаться к уполномоченному по правам человека. Мы фактически возвращаемся к тем временам, когда достаточно было слухов, суждений, чтобы расправиться с неугодным человеком». По мнению Сорокиной, на фоне реформы высшего образования и сокращения вузов эта тенденция будет только усиливаться и преподаватели будут все больше зависеть от администрации.
Борис Соколов ("Газета", Москва)
Итоги войны в Грузии не так однозначны, как их рисует официальная пропаганда
Нынешняя российско-грузинская война при своей внешней молниеносности и успешности для России, скорее всего, в долгосрочной перспективе является военно-политическим и дипломатическим поражением Москвы. Конечно, проще всего представить версию, что безумный, донельзя зарвавшийся президент Грузии, не способный адекватно воспринимать действительность, решил одним ударом покончить с югоосетинской проблемой, рассчитывая, что Москва не рискнет нарушить олимпийское перемирие и отреагирует лишь гневной риторикой.
Ну как такого дурака грузинский народ смог сделать своим вождем в «революцию роз»? И как такой дурак вообще мог удержаться четыре года у власти в беспокойной Грузии?
Версия
На самом деле, если бы не было грузинского удара по Цхинвали, Москва нашла бы другой повод. Скорее всего, им должна была стать операция абхазских формирований против Кодорского ущелья. На нее грузинские войска не могли не отреагировать, а это дало бы повод России обвинить Грузию в использовании запрещенных войск и вооружений в зоне безопасности и бросить на подмогу миротворцам соединения 58-й армии для стремительного марш-броска на Тбилиси. С моря высадился бы десант морской пехоты Черноморского флота. Скорее всего, операция планировалась всего на одни сутки. Грузинские войска безнадежно застряли бы в горах Южной Осетии и у границ Абхазии. К концу этого срока российские танки были бы уже в Тбилиси, причем войска, занявшие грузинскую столицу, вполне могли бы называться абхазскими и югоосетинскими ополченцами. Саакашвили был бы свергнут, а президентом был бы провозглашен единственный пророссийский политик Грузии Игорь Гиоргадзе (недаром он сейчас в Абхазии). Ни США, ни Евросоюз среагировать бы не успели и были бы поставлены перед свершившимся фактом российской оккупации Грузии установлением там пророссийского правительства. «Революция роз» была бы отмщена.
Доказательства
То, что российские войска планировали действовать прежде всего в Абхазии, доказывается, в частности, тем фактом, что в первый же день боев появилась мифическая грузинская карта с планом нападения на Абхазию, якобы захваченная российскими войсками в Южной Осетии. Правда, все надписи на карте были почему-то по-русски. Понятно, в российском Генштабе грузинского языка не знают, а привлекать для разработки фальшивки этнических грузин со стороны было опасно из-за возможной утечки информации. Логичнее было бы захватывать в Южной Осетии грузинскую карту с планом захвата Цхинвали. Но, поскольку начинать собирались в Абхазии, соответствующей картой для Южной Осетии запастись в Генштабе не догадались.
Действия Саакашвили при ближайшем рассмотрении оказываются не только вполне рациональными, но и единственно возможными для его спасения. То, что Россия в скором времени должна вторгнуться в Грузию, у Саакашвили и его советников сомнений не было. На это указывало завершение железнодорожного строительства в Абхазии, усиление контингента миротворцев, сосредоточение у грузинской границы под видом учений элитных российских войск и усиление югоосетинских провокационных обстрелов. Наиболее удобное время для вторжения - август и первая половина сентября. Вероятно, последним толчком для Саакашвили стала массовая эвакуация югоосетинского населения. Это показывало, что война не за горами. Скорее всего, в Тбилиси решили, что Россия постарается начать войну сразу после завершения Олимпиады, когда западные лидеры еще не успеют отойти от олимпийских страстей и быстро отреагировать на российские действия. Поэтому Саакашвили решил упредить потенциального противника и начать войну в день начала Олимпиады, на котором присутствовал российский премьер, в то время как российский президент отдыхал на Волге. В результате российские войска вместо того, чтобы немедленно вторгнуться в Грузию, вынуждены были в течение двух дней отбивать у грузин Цхинвали.
В качестве «гола престижа» грузинские войска смогли напоследок разбить югоосетинское ополчение (его потери до сих пор неизвестны). Но на конечную победу Саакашвили и командование грузинской армии, разумеется, не рассчитывали. Собственно, боевые действия продолжались всего два дня. И за это время российские потери оказались совсем не маленькими. По официальным, вполне возможно, заниженным данным, российская армия потеряла 364 человека (74 убитыми, 171 ранеными и 19 пропавшими без вести). Среди тяжелораненых оказался и командующий 58-й армией генерал-лейтенант Анатолий Хрулев. Россия так же безвозвратно потеряла не менее четырех самолетов, в том числе бомбардировщик Ту-22. Да и корабли Черноморского флота хотя и потопили один грузинский ракетный катер, но, по некоторым сообщениям, сами тоже получили повреждения и понесли потери.
После завершения боев грузинская армия явно по заранее разработанному плану быстро отошла в район Тбилиси, практически не имея потерь пленными (по телевидению показали только двух раненых грузинских солдат, взятых в плен в Цхинвали). При быстром отступлении пришлось бросить значительную часть вооружения и техники, но, очевидно, для обороны Тбилиси какое-то вооружение и техника еще остались. Грузинские войска не рискнули оборонять свои города, чтобы не быть уничтоженными по частям превосходящими силами противника.
Жертвы
Российская версия событий доверия на Западе не вызвала. Появившаяся сразу же после начала конфликта цифра 2 тысячи погибших мирных жителей Цхинвали, призванная подкрепить тезис о геноциде осетин, была явно фантастична: кто бы смог подсчитать убитых за считаные часы? Если бы погибших было так много, на второй-третий день людям по улицам Цхинвали пришлось бы передвигаться в респираторах. Но ничего подобного нам не показали. Пока же правозащитные организации насчитали в Южной Осетии 44 погибших мирных жителя и заключили, что число жертв должно исчисляться десятками, но не сотнями и тысячами. А вот цифра 180 погибших мирных грузинских жителей, ставших жертвами российских обстрелов и бомбардировок, кажется близкой к истине. Не таким уж невероятным кажется заявление Саакашвили о том, что часть Цхинвали была разрушена в результате бомбардировки российских штурмовиков. Сомнительно, что Грузия рискнула бы послать имеющийся у нее десяток боевых самолетов на бомбардировку Цхинвали, где они стали бы легкой добычей российской ПВО. Но о том, что Цхинвали бомбили самолеты, российские телеканалы сообщали в первые же часы. Скорее всего, самолеты действительно были, и бомбили они грузинские войска в Цхинвали.
Потери и достижения
Что же выиграл и что проиграл Саакашвили? Он потерял Кодорское ущелье, грузинские анклавы в Южной Осетии, а также надежду в ближайшее время приобрести контроль над территорией двух мятежных автономий. Он добился интернационализации грузино-абхазского и грузино-осетинского конфликтов, присылки иностранных наблюдателей, а в дальнейшем, возможно, и миротворцев. Главное же - Саакашвили фактически получил европейские и американские гарантии того, что он не будет свергнут Россией.
Что приобрела и потеряла Россия? Пророссийские силы установили контроль над Кодорским ущельем, провели этнические чистки в Абхазии и Южной Осетии. Была устранена угроза грузинского вторжения в эти республики. Вот и все плюсы. Минусов гораздо больше. Россия впервые с 1991 года оказалась перед угрозой международной изоляции. Слишком уж ее поведение напомнило западным партнерам поведение Германии в 1938-1939-х и Советского Союза в 1939-1940 годах. Сомнительно, чтобы главы ведущих европейских держав рискнули бы пойти на второй Мюнхен. Сравнение Южной Осетии с чешскими Судетами стало уже общим местом в мировой прессе. В США же, чье правительство сразу однозначно встало на сторону Грузии, российско-грузинский конфликт повысил шансы на победу на президентских выборах Джона Маккейна, занимающего последовательную антироссийскую позицию. Его предложение об исключении России из «большой восьмерки» уже осуществилось де-факто. В эти дни консультации между семью ведущими промышленными державами по поводу грузино-российского конфликта проходили без участия России, и вопрос об ее исключении будет обсуждаться на встрече глав МИДов стран - членов НАТО уже 19 августа.
Хуже всего то, что Москва, похоже, потеряла своего главного союзника в Евросоюзе - Германию. Канцлер Ангела Меркель, несмотря на зависимость Германии от российского газа, потребовала скорейшего вывода российских войск с собственно грузинской территории и поддержала Грузию. Да и президент Франции вряд ли рискнет в долгосрочной перспективе безоговорочно поддерживать российские действия в Грузии. Он уже грозит России серьезными последствиями, если она затянет с выводом войск. О «медведевской оттепели», которой совсем недавно грезили многие либералы, теперь придется забыть. Запад же, похоже, наконец всерьез озаботился Россией, «поднимающейся с колен».
Самым надежным способом заставить российские войска побыстрее уйти из Грузии было бы перебросить туда пару бригад американской армии. Но пока американцы на это не идут. Вероятно, президент Буш рассчитывает, что и без столь резкого шага удастся заставить русских уйти с территории собственно Грузии. О пророссийском правительстве в Тбилиси придется забыть навсегда. А шансы на вступление в НАТО Грузии и Украины теперь высоки как никогда. Думаю, в Брюсселе теперь поторопятся принять в альянс Тбилиси и Киев, чтобы не провоцировать Россию на новое "принуждение к миру" где-нибудь в Крыму, Приднестровье или Аджарии.